27-й чемпионат мира по нахлысту на лапландских порогах

Кто в детстве не мечтал полететь вместе с Нильсом и сказочными гусями в волшебную Лапландию. Сегодня границы этого полумифического царства-государства довольно размыты и охватывают практически все, что лежит за полярным кругом в Финляндии, Швеции, Норвегии и, конечно, Ловозерский район родного Кольского полуострова.

По рекреационной достаточности на первом месте в этом ряду, безусловно, стоит соседняя Финляндия, где на бескрайние лапландские 9 млн. гектаров суши и 3.4 воды приходится 4 млн. гектаров природных заказников и национальных парков, где любой припозднившийся путешественник может найти ночлег в бревенчатой избушке и хорошо оборудованные туристские маршруты. Если учесть тот фактик, что в Суоми проживает всего 5 млн. человек, две трети которых шаркают румынками по асфальту значительно южнее полярного круга, то сразу можно понять: со спиннингами, нахлыстами или надувными лодками в Лапландии самое настоящее раздолье.

Развитая транспортно-гостиничная инфраструктура, малонаселенность, нетронутая природа привлекают сюда круглый год искателей приключений со всех концов света. Про рыбаков и говорить нечего - такого либерального рыболовного законодательства не найдешь ни в Республике Саха, ни в сказочном городе Сингапуре. Вы только на минуточку зажмурьте глаза и представьте себе, что в здешних реалиях надувную лодку длиной до пяти метров регистрировать вовсе не надо, а стоимость суточной лицензии на солидную лососину - всего около десяти евриков! В 2006 г. в порядке эксперимента в Финляндии можно было подать заявку на заветную лицензию даже по мобильному телефону, а получить ее уже в виде обычнейшего SMS.



Разнообразны в Лапландии и рыболовно-туристские возможности. Ну, где еще, скажите на милость, в одном восьмичасовом флаконе можно совместить лихой сплав на рафте по своенравным порогам речки Киткайоки четвертой категории сложности, трофейную кумжовую ловлю двуручным нахлыстом и сытный обед у лесного костра. И все это удовольствие происходит в Оуланском национальном парке, расположенном неподалеку от города Куусамо, причем всего за 80 евро с весла.

По этой лесной речке, где на бешеных порогах скорость груженого рафта иногда доходит до 60 км/ч (перепад высоты - 800 м на пятикилометровом участке), надувной «дредноут» всегда сплавляют без пассажиров на борту. Поэтому совершенно неудивительно, что 27-й чемпионат мира по ловле рыбы на искусственную мушку проводился именно в Южной Лапландии, на 180километровой речке Симайоки,впадающей в Ботнический залив несколько восточнее города Кеми.

С десяток журналистов из нескольких европейских стран были приглашены в Лапландию Центром по развитию туризма Финляндии МЕК. Поэтому, прежде чем поглазеть на диковинные состязания, нам предстояло самолично познакомиться со всеми нюансами местного рыболовного парадиза. В этих широтах я бывал неоднократно и, собираясь в дальнюю дорогу, предусмотрительно запихнул в походный тубус не только изящное нахлыстовое удилище 5-го класса, но и трехсекционный спиннинг категории ультралайт - на всякий пожарный.

Прямо с трапа широкофюзеляжного самолета, приземлившегося в крохотном лапландском городке Киттиля, заботливые хозяева пустили нас сплавляться на надувнушках по речке Акасйоки, притоку многоводной Торнио, что бежит строго на юг по границе Финляндии и Швеции.



В Марселе в тот день было 29°, Москве и Риме -32°, в Питере и Хельсинки - 20°, а в тутошных лесных закоулках, что затерялись на 68°с.ш. всего 2°C, хотя и в два часа ночи твой затылок и плечи вовсю покрывало фантастическими оранжевыми поцелуями заполярное солнце. В такую погоду, «хошь не хошь», а займешься активной работой, либо бестолковой греблей поперек течения, либо размахиванием удилищем со шнуром.

Вообще-то в широченную Торнио и ее притоки прет приличных размеров балтийский лосось, но даже здесь, казалось бы, в самом цивилизованном европейском доме, до сих пор не могут найти разумного баланса между коммерческим ловом и сегодняшней рекреационной действительностью. Ведь уже давно известно, что по вкладу в местную экономику стоимость одного килограмма лососины, пойманной спортивными снастями, приблизительно раз в 80 дороже хвостов, объячеянных жаберными сетками. Тем не менее лососевый промысел во всем мире -вопрос по-прежнему исключительно политический, а никак не экономический, а уж тем более не спортивный. И как результат, на законные нереста в Торнио ежегодно встает всего тысяча производителей вместо положенных пяти тысяч. Правда, по словам Юкки Саарио, руководителя рекреационных проектов в данном регионе, начиная с будущего года позиции профессиональных сеточников будут очень урезаны. Поживем-увидим, думаю, что на деле сделать это будет не так-то легко, ведь многовековые рыболовные традиции порою превращаются в самое, что ни на есть, культовое мероприятие. В этом мы убедились, когда в деревушке Куккола наблюдали за ловлей сига сачком прямо на порогах 4-й категории сложности. Рыболовная община существует здесь аж с ХНИгв., и методы ловли остались прежними. Тем не менее Объединенная Европа активно вкладывает денежки в проекты по восстановлению биоценозов, не зарегулированных плотинами рек Южной Лапландии.



Активно работают здесь и подразделения НИИ хозяйственного использования дичи и рыбы, где ежегодно воспроизводится и зарыбляется в окрестные водоемы не только икра, но и подрощенные сеголетки сига, кумжи, хариуса, радужной форели и гольца. Именно на эти виды рыб и приходится наибольший прессинг со стороны любителей спортивного рыболовства.

Местным аборигенам, что проворят исключительно сетками, есть дело только до ряпушки или лосося, трофейные экземпляры которого ежегодно зашкаливают в Торнио за 20-килограммовую отметку. Ловят его в основном традиционным способом - спиннингом или на дорожку, используя для этого весьма оригинальные гребные деревяшки местного производства, узкие и очень длинные. Из такой оригинальной пироги сделать спиннинговый или нахлыстовый заброс стоя, без подготовки, все равно не удастся, хотя гостеприимные «финики» не только строго-настрого запретили вскакивать с места, но и нарядили всех приезжих в спасательные жилеты.

Наличие благородного лосося в Симайоки и предопределило главные ставки чемпионата мира по нахлысту, ибо в таких реках популяция форели, как правило, находится в подавленном состоянии, и спортсменам приходится ориентироваться в основном на заковыристый хариусный компот, где запрещалось вылавливать экземпляры длиной менее 20 см.

В этом году в Финляндию приехало 130 специалистов по мушиной ловле из 22 стран мира. К величайшему сожалению, ни одной команды из бывшего СССР тут не было. В отношении российского участия Джеймс Фергюсон, президент Всемирной федерации нахлыста, был двумя руками «за». Вся проблема заключалась только в отсутствии заявки на участие от соответствующей инстанции. К сожалению, и это идет из совкового прошлого, вопросами развития спортивного рыболовства у нас в стране исторически занимался «Росохотрыбо-ловосоюз», которому ныне до этих мелочей просто нет никакого дела.



Всемирный нахлыстовый фестиваль, куратором которого была Президент Финляндии Тарья Халонен, состоял из пяти этапов, по три часа каждый. Четыре тура участники соревновались на Симайоки и один - на озере Вейтсолоуто. На речке по жребию каждому спортсмену доставалась зона длиной 175 м, пойманную рыбу он должен был подсачке мгновенно предъявить судье, который после измерения длины в специальном лотке выпускал трофей обратно в водоем.

Выйти с уловом из быстрой воды Симайоки довольно сложно, поскольку по всему руслу есть и глубокие ямы, да и камни очень скользкие, поэтому большинство участников при передвижении пользовались посохами.

Любой рыболовный чемпионат похож на обычную рыбалку лишь внешне, тут некогда вращать головой по сторонам и вдыхать нежнейший ландышевый аромат. В течение каждой трехчасовой сессии участники, как минимум, 20 раз меняли мушки и, если с утра ловили в основном на «нимфы», то после обеда, когда вода несколько прогревалась, переходили на сухие мушки, хотя из-за поздней весны массовый вылет насекомых в Южной Лапландии еще не случился.

Казалось бы, неоспоримым преимуществом должна была пользоваться финская команда, проводившая на этих же порогах национальный чемпионат ровно год назад. Но из-за слабого клева (за два тура все участники поймали всего 600 хвостов) в последней трехчасовой сессии 18 июня 55 спортсменов вообще не изловчили и хвоста, а 27 человек принесли судьям всего по одной рыбке. Поэтому всех давили опытные и хорошо натренированные французы и чехи. Спортсмены этих стран и заняли первые два места в итоговой таблице чемпионата, оставив местным «профи» только бронзу. В личном зачете с 36 хвостами первенствовал поляк Марек Вальчук, француз Эрик Селоувер был вторым (30 рыб), чех Антоник Песек - третьим (20 штук). Лучший из команды хозяев Йони Несте занял лишь 13-е место. Законодатели мировых нахлыстовых мод, американцы, были шестыми, что, по словам тренера Джека Денис, стало большой удачей, ведь в сборной США в этом году участвовало лишь два опытных спортсмена, в то время как у французов костяк сборной неизменен на протяжении последних десяти лет.



На обратной дороге нас, конечно же, привезли на известный во всем мире завод по производству блесен «Kuusamo». Его годичный оборот - около 2.5 млн. евро, и 25% продукции приходится на страны бывшего СССР. Думаю, что у каждого нашего рыбака в загашнике имеется колебалки типа «Рясинен» либо «Профессор». Забавно, что основателя производства Пааво Корпуа мы случайно встретили на лососевой рыбалке за день до этого. Делают тут и вертушки, самые крохотные из которых, весом менее одного грамма, отменно работают при медленной проводке на мелководье. Эту мелочевку легко забрасывать и на-хлыстовой снастью.

С помощью 3-граммовой «kuf-lippa» в одной из бухточек озера Куусамо мне за полтора часа удалось надергать 14 хвостов, среди которых значились щуки, окуни и 500-граммовые язи.