Теперь к внушительному перечню стран, с судостроителями которых сотрудничает Дон, добавилась и Россия. Пообщаться с этой легендарной личностью удалось в Рыбинске, куда «король яхтенных интерьеров» прибыл по приглашению московского консорциума «Русские судоверфи» - взглянуть на находящуюся в процессе постройки 38-метровую моторную яхту, пока не имеющую названия.
- Что послужило побудительным мотивом к тому, что вы переключились с интерьеров зданий на яхты? Или же для вас нет между ними принципиальной разницы? В разговоре вы обмолвились, что большинство мегаяхт обычно стоит на месте и мало чем отличается от домов - это была просто шутка?
- Впервые принять участие в проработке яхтенных интерьеров мне довелось совершенно случайно, еще в 70-х, но действительно «зацепило» меня это занятие только по прошествии нескольких лет, и в 1989 г. я основал собственную компанию. Яхтенный дизайн привлек тем же, чем в свое время и архитектура - возможностью воплотить собственные представления о том, каким он должен быть. Никакой предварительной «школы» в судостроительной области у меня не было, и начинал я почти с чистого листа, рассматривая проекты исключительно с практической точки зрения - естественно, с учетом предпочтений тех, кто будет использовать конечный продукт. И при этом не без удивления обнаружил, что некоторые дизайнерские и планировочные решения, представлявшиеся мне совершенно очевидными, никем так и не были реализованы.
- Есть ли дизайнерские решения, которые вы считаете своим изобретением? Часто ли вас копируют?
- Когда я впервые столкнулся с разработкой яхтенной компоновки, то никак не мог ни понять, ни обосновать с технической точки зрения, почему машинные отделения моторных яхт располагаются в наиболее комфортабельной зоне судна, практически на миделе - где, скажем, та же качка наименее ощутима. При этом один из моих первых клиентов настаивал, что хочет иметь прямой доступ к каютам для своих отпрысков, расположенным под его личными апартаментами в передней части главной палубы. Так что машинное отделение я переместил в корму, а гостевые каюты - к миделю, связав их трапами с каютами в носовой части судна, и хозяйской в том числе. На верфи вначале восприняли эту затею без особого энтузиазма, но в конце-концов согласились, что такое возможно. Подобная планировка позволила также расположить жилые объемы подальше от гребных валов (иначе я себе и не мыслил), а также обеспечить более удобное и «прямое» сообщение между помещениями для экипажа на нижней палубе и кормовыми каютами, чтобы обслуживающему персоналу не приходилось всякий раз обходить препятствие в виде машинного отделения, как это ранее предусматривалось, и часто появляться в главном обеденном салоне, мешая уединению гостей. Новая компоновка позволила также организовать прямой доступ сквозь все палубы, от самой нижней до открытой, «солнечной», посредством вертикального, снабженного витыми лестницами атриума - это решение получило дальнейшее развитие в моих более поздних проектах.
- Вы сторонник классического дизайна. Что бы вы сказали об авангардных проектах последних лет - например, о прогремевшем не столь давно «Wally 118» Луки Бассани? Насколько, на ваш взгляд, он красив и функционален?
- Это действительно новаторское и впечатляющее отступление от общепринятых норм, инспирировавшее немало подражаний. Но один мой знакомый, человек в яхтенных и морских делах очень опытный, подверг его немалой критике. По его словам, «рубленный» дизайн с обилием острых углов - что в экстерьере, что в интерьере - на скоростной моторной яхте далеко не всегда является правильным решением, прежде всего с точки зрения комфорта.
- В перечне из более чем полусотни судов, дизайн которых вы разрабатывали, я нашел только одно итальянское, в то время как Италия прочно удерживает первое место по выпуску мегаяхт. Каково ваше общее мнение об итальянском дизайне и дизайнерах?
– Вы много путешествуете по всему миру, и большей частью не как простой турист. В каких российских городах вам довелось побывать?
-Ездить, вы правы, приходится очень много - недавно, например, присоединил к географии своих командировок Южную Америку. Что же касается России, то в прошлом году я побывал в Петербурге, где заключил с одной из местных верфей договор о намерениях, касающийся разработки интерьеров быстроходной моторной яхты - этот вопрос находится пока на стадии переговоров. А недавний визит в Москву ставил своей целью изучить потенциальные возможности открытия здесь представительства моего бюро, поскольку на рынке больших моторных яхт русские в настоящее время являются «покупателями номер один».
- Каково ваше мнение о перспективах яхтостроения в России? Если вы открываете здесь свой филиал, значит, ему найдется работа? Не смогли бы вы вкратце рассказать о первых заказах?
- Я абсолютно убежден, что российская яхтостроительная индустрия будет неизбежно развиваться - у вас очень большой технический опыт и много грамотных специалистов. Я знаю ряд голландских и немецких яхт, корпуса и надстройки которых родом из России. Пока что компаний, которые специализируются на постройке яхт, совсем немного, но их наверняка будет больше. В настоящее время у российских судостроителей есть и серьезные ценовые преимущества, вкупе с которыми производственный и инженерный потенциал при грамотном руководстве и управлении обязательно принесет свои плоды. О первых заказах рассказать пока не могу, но, повторяю, ряд серьезных переговоров уже ведется.
- Такой вариант всерьез рассматривается, и в штате филиала будут и российские дизайнеры. Кроме яхт, я заинтересован также в возможностях разработки архитектурных интерьеров в Москве и за ее пределами, где при огромных масштабах частного строительства моя международная дизайнерская репутация, думаю, будет востребована.
Мне по-прежнему поручают архитектурные заказы, и я до сих пор с удовольствием занимаюсь проектами, базирующимися на суше. Недавно, например, полностью завершены частный дом площадью 2500 м² во Флориде и 500-метровый пентхауз в Израиле.
- Много ли специалистов трудится в вашем бюро? Как вы обычно работаете - только разрабатываете общую идею в виде эскизов или набросков, а остальное доводят до окончательных деталей ваши подмастерья?
- Численность бюро время от времени варьируется. Я предпочитаю держать относительно небольшую постоянную команду и привлекать дополнительные силы, только когда это действительно необходимо - например, могу перепоручить часть компьютерных проработок, что является сугубо техническим делом, субподрядчикам со стороны.
Мне нравится сам процесс разработки дизайна, который обычно начинается с палубных планов. В компоновке, пожалуй, я наиболее силен... А после рассматриваю идеи, выдвинутые своими помощниками. Часть из них принимается, часть отвергается. В общем, у меня всегда есть «право вето», поскольку именно я общаюсь с клиентом напрямую, хорошо знаю и его самого, и его предпочтения.
При создании интерьеров приходится учитывать великое множество самых разнообразных вопросов - начиная от компьютерной проработки чертежей и заканчивая выбором и приобретением ткани для обивки мебели, так что без дела никто не сидит. Иногда для «полного комплекта» приходится разрабатывать даже дизайн канцелярских принадлежностей и судовых документов!
- Ваша задача состоит в создании полного детализированного дизайн-проекта, где точно указаны все материалы, технологии, размеры, толщины, вес (а также такая важная вещь, как смета расходов), или же вы просто показываете на серии рисунков, как это должно выглядеть?
Как вы можете себе представить, постройка яхты более 50 м длиной, обычно занимающая более двух лет, требует учета самых разнообразных дисциплин и кропотливой работы большого числа инженеров, рабочих, технических специалистов во многих отраслях знания и ремесла. И даже ее эстетическая сторона - экстерьер и интерьер - не может основываться на одном только художественном таланте дизайнера, требуя от него чего-то большего, нежели просто набор красивых рисунков.
- Есть ли в штате бюро дипломированные инженеры-судостроители?
- Нет. На самом-то деле в них нет особой нужды - такие специалисты должны больше интересовать верфь или конструктора. Время от времени я с ними сотрудничаю, но никогда не видел необходимости приглашать их на постоянную работу. Окончательная увязка деталей дизайн-проекта с судостроительными требованиями обычно осуществляется на ранних стадиях постройки.
- Вы готовы исполнить любой каприз заказчика или же постараетесь переубедить его, если выдвигаемые требования представляются вам неприемлемыми с точки зрения эстетики, функциональности и т.п.
Кроме того, мое имя всегда будет связано с яхтой, дизайн которой я разрабатывал, и не исключено, что это будет использовано в качестве дополнительного аргумента при ее будущей продаже. Впрочем, я никогда еще не имел дело с людьми, которые обратились бы ко мне только для того, чтобы заполучить выгодное вложение средств, а не собственно яхту.
- Вы сами предпочитаете рисовать вручную или же используете какие-либо компьютерные графические программы?
- Лично для меня дизайн всегда начинается с набросков и отправных идей, зафиксированных карандашом или ручкой - нередко в прямом смысле слова на любом клочке бумаги, оказавшемся под рукой. Компьютерные программы сейчас в основном используются для детализации дизайнерских эскизов. На мой взгляд, хороший оператор графической программы - это далеко не всегда хороший дизайнер.
- Кстати, а почему у вашего бюро до сих пор нет веб-сайта? Судя по вашим работам, он мог бы стать одним из настоящих украшений современного яхтенного интернета...
- Я на эту тему не раз подумывал. Сейчас такой сайт находится в стадии разработки, но в качестве рекламного инструмента он, пожалуй, не особо нужен - в основном новые заказы поступают либо благодаря рекомендациям, либо когда потенциальный заказчик видит мои работы «вживую». В таких случаях будущий владелец яхты просто звонит мне по телефону и договаривается о встрече.
- Есть ли у вас собственная лодка, пусть даже маленькая? Если есть, занимались ли вы ее интерьером?
- Одно время у меня и впрямь была 10-метровая итальянская «Riva Aquarama» 1967 г. выпуска, чудесная открытая лодка в стиле «ретро», которую я полностью реставрировал после серьезного пожара. Это заняло почти три года, и заниматься этим доставляло мне истинное удовольствие. Сам подбирал расцветку ткани для обивки сидений красную краску для ватерлинии...
- Честно говоря, нет, да и времени для серьезного хобби у меня попросту не хватает - даже на рыбалку удается выбраться крайне редко. Хотя это занятие очень люблю - обычно ловлю нахлыстом, на муху. Слишком много времени занимают переезды, особенно в последнее время, из-за усиления мер безопасности в аэропортах.
- Какие простейшие советы вы бы дали начинающему дизайнеру - например, самодеятельному судостроителю? Многие наши читатели самостоятельно строят или дорабатывают лодки.
- Всегда по-хорошему завидовал людям, умеющим мастерить собственными руками. В школе на уроках столярного дела я был безнадежен, но при том, чем я занимаюсь сейчас, у меня есть прекрасная возможность видеть за работой великолепных столяров, умелых сварщиков, кожевенников, монтажников, маляров - в общем, всех тех, кто благодаря своему незаметному на первый взгляд искусству вносит свой вклад и в мои успехи.
Мой простой совет - делать только то, что доставляет вам удовольствие и нравится вам самим, не позволяя при этом себе никаких поблажек и не допуская даже малейшей небрежности. Когда что-либо - причем неважно, что именно - создано не только мастерски, но и с увлечением и душой, это всегда хорошо видно, и усилия создателя обязательно заслужат самую высокую оценку окружающих.
Мэтр, естественно, сразу обнаружил ряд планировочных огрехов - впрочем, относящихся к числу наиболее распространенных. В частности, объем помещений для наемного экипажа и обслуживающего персонала представился ему неоправданно завышенным, а местоположение - чересчур роскошным (демократией в этом деле, сами понимаете, даже не пахнет). Большинство трапов не по-яхтенному крутоваты, с чем тут же согласились даже неспециалисты, а машинное отделение здесь хоть и смещено в корму, но, как оказалось, использовать пространство в этой части судна можно было и более рационально.
Как не раз подчеркивал Дон, работа по созданию интерьеров яхты всегда начинается для него с детального изучения вкусов и приоритетов ее будущего владельца. Те, кого всерьез заинтересовала уникальная возможность получить судно, к внутреннему убранству которого приложил руку один из известнейших дизайнеров мира, могут обращаться за подробностями в консорциум "Русские судоверфи", тел. (495) 997-0411, (985) 997-0411.