Родившись в 30-е годы как развлечение, акваплан вскоре «умер». Век его был так короток, что слово, его обозначающее, впервые попало в справочную литературу1 лишь в прошлом году. Почему это произошло! Акваплан «погубили» водные лыжи, быстро превратившие аттракцион в спорт.
Но встретиться с аквапланом мне все же довелось. Как-то на репинском пляже под Ленинградом я увидел картину, которая совершенно не укладывалась в привычные рамки. Ни для кого не секрет, что скольжение человека по воде невозможно без двух-трех десятков лошадиных сил. А тут трое ребятишек подобрали кусок фанеры от обшивки рыболовного бота и преспокойно «катались» на нем по воде... безо всякого буксировщика.
К куску фанеры была привязана простая бельевая веревка, на другом конце которой — обыкновенная ручка от метлы. Двое ребят, держась за эту ручку, бежали по берегу. Бежал и третий, шлепая по воде, а когда «бурлаки» развивали предельную скорость, прыгал на доску и проезжал, как заправский воднолыжник, метров 30—40.
Через некоторое время моя «Онега» с «Ветерком-8» уже покачивалась у берега. В пробитые гвоздем в углах доски (фанеры) отверстия мы с друзьями продели веревку. Кроме тягового шнура к «носу» прикрепили веревочную петлю, напоминающую уздечку — как у детских санок. Неужели, рассуждали мы, восемь «лошадей» на легкой глиссирующей лодке не смогут добиться эффекта, полученного от двух детских сил.
И вот винт дал обороты, шнур начал натягиваться. Доска, слегка виляя из стороны в сторону, сразу же поднялась на поверхность, разумеется, вместе со мной. «Проехав» немного полусидя, я встал во весь рост. Скорость была не ахти какая — километров 15 в час, но тем не менее появилось удивительное ощущение «твердой воды», испытанное впервые.
Оглянувшись, я понял, что слишком много энергии расходуется на разведение волны: буруны были такие, словно прошел буксир. Под моим весом фанера прогнулась дугой, да и «уздечка», за которую я держался, тянула «нос» доски вверх. Снаряд тяжело «пахал» воду, как бы толкая ее перед собой.
Осторожно переступая, я выставил одну ногу вперед и слегка отпустил «уздечку», выпрямляя доску. И произошло чудо. Доска резко рванула вперед, почти не разводя волны. «Онега» вышла на глиссирование. Теперь можно было делать все, что угодно — становиться на самый край, садиться, подпрыгивать...
Вдобавок я понял, что такой доской можно управлять. Потянув за «уздечку» с правой стороны и приподняв таким образом правый передний угол, я заставил свой снаряд «слезть» с кильватерного следа и идти по чистой воде с левой стороны. Удалось сделать несколько «слаломных» поворотов, но недостаток сноровки все же дал о себе знать — край доски зарылся в воду и я упал, подняв тучу брызг.
Недавно мы сделали новый, более совершенный вариант снаряда, который вы и видите на рисунке. Размеры его сохранили прежние, но придали доске более эстетичную форму. Появились два стрингера, повышающих продольную жесткость. Теперь, надеемся, акваплан будет легче выходить на глиссирование. Верхнюю плоскость его оклеили тонкой резиной, ибо на крашеной фанере, обтекаемой водой, стоять скользко. Отверстия в доске защищены люверсами, которые одновременно предохраняют трос от перетирания.
Занятие это, прямо скажем, всем нам понравилось. Оно доступно каждому. Согласитесь, для такого акваплана не нужен мощный катер и дорогие лыжи. Кусок фанеры, восьмисильный мотор с удлиненным румпелем (для свободы в дифферентовке) и картоп-лодка — вот и вся материальная база.
Акваплан можно рассматривать и как первый шаг к водным лыжам. Овладеть им очень просто и это не сопряжено с таким количеством падений, как на лыжах. Он неплохо развивает равновесие и координацию движений.
Примечания
1. «Морской энциклопедический справочник», т. 1, издательство «Судостроение», 1986 г.