Современные океанские суда с механическими энергоустановками довольно редко выходят на эту трассу, да и пересекают ее лишь в определенных местах, следуя кратчайшим путем в порты Старого и Нового света. Промысловый флот не жалует зону вдоль традиционной дороги парусников вниманием. Толща океанских вод с огромными глубинами не столь богата рыбой в сравнении с более мелководными материковыми и приостровными шельфовыми районами. И поэтому плавание в пассатной полосе у многих создает ощущение оторванности от окружающего мира, поскольку океан на долгие дни и недели избавляет здесь человека от встреч с собратьями.
Именно на эту трассу однажды вывел свою яхту «Наполеон Соло» американец Стивен Каллахэн. Он не был новичком в океане, знал толк в малом судостроении, испытал себя во многих трудных плаваниях и гонках. «Соло» он мастерил с помощью друзей собственными руками и на свои средства, а после перехода на нем в Европу один повел яхту от Канарских островов к берегам родной Новой Англии. Но вскоре в кромешной ночной мгле яхта Стивена получила огромную пробоину. Столкнулась ли она с притопленным контейнером, каким-либо другим плавающим предметом, была ли разбита ударом хвоста мощного кита, сон которого нечаянно нарушила, остается загадкой. Каллахэн вынужден был срочно оставить тонущую яхту. При этом он потерял не только самое дорогое из того, что имел, — свое любимое верное судно, но и не захватил на резиновый спасательный плотик «Уточка» почти ничего из того, что необходимо для обеспечения жизни человека, которому не приходится надеяться на скорую помощь. Список вещей и предметов, оказавшихся в его распоряжении, поначалу вселял надежду на то, что трагедийность положения не станет столь острой. Однако одиссея на утлой «Уточке», растянувшаяся на 76 дней, вобрала в себя столько мучений и потрясений, что коротко обо всем не расскажешь. Книгу необходимо прочесть каждому яхтсмену. И начинающему, и многоопытному. Каллахэн, похоже, ничего не преувеличил в ней, ни в чем не погрешил против истины. Дюжина акул грозила взрезать резиновое дно его плотика, чтобы беспрепятственно изрубить зубами его немощное, иссушенное солнцем тело. Его не заметили с 9 судов, прошедших мимо. По соображениям здравого смысла он вынужден был в ряде случаев отказываться от приведения в действие буя, обозначающего через спутник системы поиска терпящих бедствие на море, местоположение «Уточки», поскольку не был уверен, что батареи не сядут за то время, пока на него выйдут спасатели. От главы к главе своей книги Каллахэн ведет читателя к финалу со счастливым исходом. Но сами названия глав еще не предрекают «хэппи энда»: «Обнаженные нервы», «Ведьм заклятье вражье — голод и жажда», «Дважды в ад и обратно», «Смерть»... В конце мы узнаем о том, как человек, сделавший все, что было в его силах для спасения, завершил дрейф протяженностью в 1800 миль и был поднят на борт рыбачьего бота, промышлявшего возле Гваделупы, куда вынесли «Уточку» ветры и течения.
Герой одного из самых необычных плаваний конца нашего столетия в предисловии к своей книге говорит, что его чаще всего спрашивают: — Неужели ты после этого еще ходишь в море? — Стивен отвечает: — А что мне еще остается делать?.. Проболтавшись десять лет под парусами, вряд ли можно вдруг заделаться астрофизиком или начать слоняться без дела по Баури-стрит. Море для меня — и работа, и отдых, и дом родной. Море открыло передо мной столько родов деятельности, что всем овладеть целой жизни не хватит...
Одну смерть он уже пережил в море, которому остался верен. Как это было, читайте в хорошо иллюстрированной автором книге С. Каллахэна «В дрейфе»; она переведена на русский язык 1 и выпущена в свет в 1990 г. «Гидрометеоиздатом» тиражом 233 000 экз.