Дмитрий Березкин — участник Олимпиады в Сиднее

В классе "470" Россию представлял экипаж Дмитрия Березкина — Михаила Крутикова. Тренерский штаб сборной рассчитывал, что эти спортсмены смогут успешно выступить на Играх. В двух гонках Олимпийской регаты россияне превзошли все ожидания и заняли первое и второе места соответственно. А вплоть до предпоследнего старта Березкин и Крутиков шли на седьмом итоговом месте, и от попадания в заветную шестерку ребят отделяло лишь очко. Все решалось в заключительной, 11-ой гонке. Однако вместо подъема на ступеньку выше наш экипаж закончил Олимпиаду и вовсе на 11-ой позиции. С вопросом, а что же случилось, мы и обратились к Дмитрию по возвращении из Сиднея.

— Ничего не случилось, скорее неожиданностью можно назвать то, что мы заняли в самом начале Олимпийской регаты столь высокие места — первое и второе. Все остальные позиции были для нас вполне логичными. Вообще, этот сезон получился какой-то рваный: на чемпионате мира были только двадцатыми, на Европе вообще не попали в первую половину, зато в СПА стали седьмыми, а в Киле четвертыми. Так что в среднем и получается, что наше место где-то десятое-одиннадцатое.

— Неужели в Сиднее не получалось войти в десятку, ведь перед последним стартом вы занимали седьмое место?

— Все дело в том, что в последней гонке мы перевернулись. Когда взяли старт, ветер был довольно-таки сильным, постоянно менял направления. Гонки в таких условиях мы проводим не очень хорошо, обычно на уровне пятнадцатого-семнадцатого места. Да и здесь особо не повезло. При огибании нижней марки сложилась неадекватная ситуация — мы знак проскакивали, и шли прямо в сторону катеров, с которых велась съемка. Если бы я просто привелся, встал, а потом бы мы смайнали спинакер, то, проиграв пяти-семи лодкам, мы бы знак обогнули. А я скрутил поворот фордевинд, шкотовый к этому готов не был, он остался с подветра, гик уперся в него и мы перевернулись. На то, чтобы подняться, ушло минуты две. Соответственно и результат в этой гонке наихудший — пришли последними.



— Чего вам не хватило, чтобы выступить на Олимпиаде лучше?

— Если говорить о технической стороне, то у нас возникли небольшие проблемы, связанные с материальной частью. Но не настолько существенными, чтобы все списывать на них. В основном причина такого выступления в том, что спорт — это, в какой-то мере, отражение твоей жизни: как ты себя в жизни чувствуешь, как ведешь себя в ней, так у тебя все складывается и в гонках. Перед прошлой Олимпиадой я чувствовал себя хозяином положения — сильным, уверенным в себе, и, естественно, выступал хорошо. В этот раз все было иначе, потому что я и вне спорта ощущал себя довольно слабо. Оттого и результат низкий.

— А вы не пытались поработать с психологом?

— В прошлые Олимпийские игры — да, поэтому и показал приличный результат. На этот раз все было намного сложнее, тем более что работа с психологом требует и финансовых затрат. Конечно, я пытался работать над собой, но, как видите, недостаточно. Я в жизни очень компромиссный человек, не боец за справедливость. Такая позиция проявляет себя и в спорте. А ведь в спорте не может выигрывать тот, кто не представляет из себя настоящего бойца. В подготовке каждого спортсмена принимает участие большое количество людей, и каждый считает, что именно он прав. Допустим, мне говорят, что для достижения результата я должен предпринять такие-то действия, а я считаю по-другому, но соглашаюсь с тренером, главным тренером или еще кем-то. В результате делаю то, что не считаю для себя главным. Трачу силы, перестаю уважать себя, и, неминуемо, теряю профессиональную готовность. Получается какой-то замкнутый круг, из которого сложно выбраться.



— Если вернуться к Играм, насколько результаты, показанные там спортсменами, отражают реальный мировой рейтинг?

— На Олимпиаде всегда очень высокая психологическая нагрузка, и на многих ребятах это сказывается довольно сильно. Можно успешно выступать на регатах мирового класса, а затем "сломаться" на Олимпийских играх. Кроме того, в Сиднее регата проходила в бухте, где большую роль играл фактор неожиданности. Мы же не можем предсказать, когда зайдет ветер, как он изменит направление. Мы стоим и видим — перед нами абсолютно чистая "поляна". И от того, как ветер будет дуть через пять минут — с того угла или с этого — во многом зависит результат. К примеру, неожиданно слабо выступил французский экипаж — лидер мирового рейтинга — 14-е итоговое место. Было вообще много ребят сильных, которые не показали хорошего результата. Но победили все равно сильнейшие — в семидесятке это австралийцы и у мужчин и у женщин.

— Значит, фактор "хозяина" играл большую роль?

— Вряд ли. Австралийцы очень грамотно провели последний сезон. Том Кинг выиграл в этом году практически все регаты сезона и чемпионат мира. Думаю, что он претендует на звание лучшего спортсмена ISAF.

— Это ваша не первая Олимпиада. Чем-то особенным Сидней запомнился?

— На Олимпийских играх я уже в третий раз. Но это могли бы быть мои четвертые Игры, если бы наша страна не бойкотировала Лос-Анджелес-84. А вот в Сиднее больше всего поразила организация: и жилье, и транспорт, и питание. Фактически, не к чему было придраться. В самой же Австралии я не первый раз, поэтому страна мне не показалась экзотичной. Когда приехал сюда впервые, в 1991 году, то меня многое поразило. А теперь все было как-то обычно, ведь когда-то я проводил на Зеленом континенте по два-три месяца.

— Ну, если у вас было уже три Олимпиады, то за ними может последовать четвертая, пятая...

— Вообще считаю, что человек должен заканчивать то, что он начинает. Не знаю, как сложится мое последующее участие в Олимпиадах, но в парусном спорте я уже 25 лет и считаю, что должен завершить то, что я провожу через всю свою жизнь. У меня есть мечта — хочу стать чемпионом мира. И если у меня будет шанс добиться этого, я им обязательно воспользуюсь.



— А помимо парусного спорта есть какие-то увлечения, которым вы можете себя посвятить?

— Парус — это и жизнь, и хобби, и профессия. Всё вместе. Когда разваливался СССР, я очень многое пересмотрел и не нашел альтернативы парусному спорту. Но кроме гонок на яхтах меня еще интересует и сам человек, непосредственно как личность. Ведь у людей огромный интеллектуальный потенциал, и, несмотря на это, очень многое в поведении человека удивляет. Часто задаю себе вопрос: почему разумный человек иногда поступает так глупо, что со стороны его поступок кажется смешным...

— Получается, что вы по натуре философ.

— Не знаю, никогда над этим не задумывался. Но если вернуться к Олимпиаде, то Игры оставили тяжелый отпечаток. Не скажу, что я рассчитывал на большее, но человек живет надеждой. Поэтому я надеялся, что мне удастся справиться на Играх с тем состоянием, в котором я оказался. Однако практика показала: даже имея большее — 7-е место — мы все равно упали на свой конкретный уровень. Жизнь показала, вот ты 11ый и тут твое место. А если будешь работать, то, может быть, сможешь подняться выше.