О том, как создавался музей, рассказывает его главный хранитель, известный летописец водно-моторного спорта и постоянный автор нашего журнала Кевин Десмонд.
У истоков необычного проекта стояло четверо энтузиастов-водномоторников: Харольд Тинворт — председатель местного районного совета, опытный менеджер Клифф Торнтон, владелец стоянки-марины Джон Вильямс и автор этих строк. При помощи Комиссии по трудоустройству мы наняли два десятка строительных рабочих, которые принялись переделывать под выставочный зап ветхое здание склада одной из транспортных фирм, расположенное на территории популярного среди туристов Ват Типер Кантри парка. Тем временем два опытных инженера-судостроителя и реставратор уже занимались восстановлением экспонатов.
Строители поработали на славу — малопривлекательная развалюха превратилась в светлый и просторный «водно-моторный храм» с залами гоночных и рабочих катеров, галереей подвесных моторов, стендами стационарных двигателей, библиотекой и архивом. В небольшом крытом бассейне был оборудован макет стоянки.
Самый волнующий период в жизни любого музея — это первые несколько лет, в течение которых ведется наиболее интенсивный поиск новых раритетов.
Четыре года назад, когда музей был только в проекте, на нашем складе хранилось только три старых катера, представляющих мало-мальский интерес для любителей истории. У старейшего из них — 30 футового «Лидо Леди» (1906 г.) даже не было двигателя. А уже через три года мы смогли представить зрителям около двадцати всевозможных катеров и моторных лодок, дюжину редкостных стационарных моторов и несчетное число «подвесников», занявших почти все отведенное им пространство.
Библиотека и архив постоянно пополняются увесистыми подшивками старых и современных водно-моторных журналов мира, инструкциями по эксплуатации и ремонту техники, программами различных гонок, документами, чертежами и фотографиями.
Многие спрашивают нас, почему первый водно-моторный музей появился так поздно? Ведь моторная лодка, как и автомобиль, недавно отпраздновала свое столетие. По всему миру можно насчитать несколько десятков автомобильных музеев и коллекций, есть музеи мотоциклов, самолетов и так далее — практически на каждый вид транспорта.
Если смотреть с точки зрения коллекционера и реставратора, ахиллесовой пятой моторной лодки в отличие от других транспортных средств является то, что ее двигатель, пусть даже стационарный, далеко не всегда является неотъемлемой, интегральной частью корпуса, который он движет. Один и тот же корпус за всю свою «жизнь» мог сменить целый ряд двигателей. Изношенные моторы после замены чаще всего попадали на свалку. Время не щадит и корпуса, которые под воздействием воды разрушаются и становятся годными только на дрова или в металлолом. Поэтому старых катеров сохранилось гораздо меньше, чем автомобилей.
В этом деле нам очень помогли энтузиасты-водномоторники, болеющие за сохранность исторических образцов катеров и моторов. Большую часть экспонатов мы получили от частных лиц и организаций в постоянное или временное пользование или приобрели по дешевке. Многие владельцы старинной техники, передавая нам свои сокровища, с облегчением говорили: «Наконец-то она в надежных руках!»
Одними из первых передали нам экспонаты Гринвичский Национальный морской музей и Научный музей Южного Кенсингтона. Первый предоставил оригинальный образец глиссирующей моторки в «темзинском стиле» (1912 г. постройки) под названием «Мерк». Из запасников второго музея был доставлен скутер-«гидроплан» с авиационным двигателем, позволяющим развить скорость 90 миль в час. На этом скутере под названием «Мисс Англия» сэр Генри Сигрейв сумел победить «Мисс Америку» знаменитого командора Гара Вуда в гонках на Майами в 1929 г. Музей Королевских военно-воздушных сил передал гоночный катер «Дефендер-II» (1908 г.), а Саутгемптонский морской музей предложил «Бетбот» — классический образец раннего гоночного скутера, построенный в 1912 г.
Уже в стадии становления музей стал привлекать множество туристов, и с одобрения властей ему был присвоен статус национального.
А новые экспонаты все продолжают поступать. Лорд Монтегю — основатель одного из лучших автомобильных музеев мира, расположенного в Белью, заверил нас, что будет постоянно делиться с нами всей информацией, которая сможет нас заинтересовать. Командор Питер Торникрофт подарил макет буксировочного бассейна XIX в. и настоящее оборудование для бассейновых испытаний, а также старинные фотографии, которые сделал его дед, — сэр Джон во время испытаний первых глиссирующих корпусов.
Доктор Роберт Киш из Джерси передал архивы «Эльса Крейг»— компании по производству стационарных моторов и, в придачу, образец ее продукции: 3-сильный лодочный движок 1902 г. выпуска, который, кстати, до сих пор на ходу.
В числе последних поступлений — гоночная мотолодка «Блю Гэнит» с подвесным мотором 1927 г. постройки, глиссер-трехточка «Рустер» со стационарным «Шевроле» 1953 г., любовно надраенный «Серфьюри» — победитель океанских гонок Каус — Торки в 1965 г., 32-футовый «Апаш» (бывший «HTS») — легендарный победитель марафона Лондон — Монте-Карло 1972 г. и многих других гонок и чемпионатов.
Фирма «Сабр-Марин», известный производитель дизелей, подарила «Мисс Британию-IV» — катер, в свое время установивший рекорд скорости для судов с дизельными двигателями. Знаменитая «Меркюри-Марин» предоставила катамаран «Формулы-I», на котором выступал известный гонщик Билл Сиболд.
Недавно экспозиция пополнилась моделями катеров — претендентов на «Голубую ленту Атлантики»: «Вирджин Атлантик Челленджер-I» и «-II», а также настоящими гребными винтами легендарных катеров.
Любой новый экспонат находит свое место — будь то 30-футовый катер, почетный кубок ушедших в прошлое гонок или пачка пожелтевших фотографий. А на торжественную церемонию официального открытия музея мы пригласили всех, кто внес свой вклад в его создание — конструкторов, мастеров, механиков, гонщиков и официальных лиц.
Надо сказать, что наш музей недолго оставался единственным в мире. Из США поступили сведения, что группа любителей водно-моторного спорта собирает экспозицию гоночных и рекордных скутеров неограниченного класса в Сиэтле.
Может, и в других странах найдутся энтузиасты, которые последуют нашему примеру?