Дариуш Богуцкий
Дариуш Богуцкий не раз проходил под парусами водами северной Атлантики, бывал и в Девисовом проливе, и у берегов Исландии. Но его неотступно манила одна мечта — достичь на парусной яхте арктической Гренландии — величайшего острова мира, «этой огромной чаши, полной льда, покрытой снегом и окруженной изрезанными фьордами горами, величественными как Альпы, поднимающимися из моря».
Свое ледовое плавание Богуцкий хотел приурочить к двум датам: 50-петию польского яхтенного спорта и 20-петию яхт-клуба Гданьской судоверфи. Предложение встретило признание и поддержку. Вопрос о финансировании плавания решился быстро, поскольку было признано целесообразным сделать его не только спортивным, но и исследовательским: на яхте предполагалось испытать новые материалы и оборудование, выпускаемое судостроительной промышленностью для польских рыболовных судов, плавающих в северных водах.
Изучение ледовых и климатических условий показало, что наиболее благоприятное время для прохода Девисовым проливом — август, поэтому выход из Гданьска был назначен на июнь.
Оптимальный маршрут выглядел так: Балтийское море, датские проливы, Северное море, северная Атлантика, Девисов пропив, море Баффина до пролива Ланкастер, разделяющего Баффинову Землю и остров Девон.
Стальной двухмачтовый кеч «Фрейя» был спущен на воду в 1963 г. в Гданьске.
Основные данные яхты «Фрейя»
| Длина наибольшая, м | 13,5 |
| Ширина наибольшая, м | 3,6 |
| Осадка, м | 2,0 |
| Парусность, м2 | 78 |
| Мощность вспомогательного двигателя, л. с. | 16 |
| Водоизмещение, т | 11 |
| Количество спальных мест | 7—9 |
| Вместимость емкостей для воды, л | 750 |
| Вместимость емкостей для топлива, л | 400 |
Все семь человек команды были не только отличными яхтсменами, но и специалистами-судостроителями.
От пристани яхт-клуба Гданьской судоверфи «Фрейя» отошла 28 июня. Путь через Балтику и Зунд прошел без приключений, если не считать некоторых досадных «мелочей»: яхта, хотя и новая, текла по люкам и палубе; слабая курсовая устойчивость путевого компаса в сочетании с постоянно изменяющимся магнетизмом стального корпуса привели к тому, что до самой Швеции штурман прокладывал курс почти интуитивно. На некоторых участках девиация составляла несколько десятков градусов.
В проливе Каттегат яхта попала в сильный шторм. Сорвался гапсовый угол стакселя, после постановки нового паруса лопнул стаксель-фал, потом испортилось рулевое управление. А когда застопорился фал грота, команде пришлось направить яхту к ближайшему порту — Гилпепайе. В довершение ко всему при запуске двигателя лопнула выхлопная труба.
Через Каттегат и Скагеррак прошли спокойно, а во время следующего шторма, уже в Северном море, лопнул фал стакселя, который пришлось заменить топенантом грота. В таком виде яхта прибыла в Абердин, где был произведен необходимый ремонт и составлена новая таблица девиации.
Из Абердина «Фрейя» должна была идти через Каледонский канал и далее прямо к Гренландии. Однако в первый же день сгорел генератор для зарядки аккумуляторов, и яхта повернула к Оркнейским островам и зашла в Балфур, где, однако, исправить генератор не удалось. В этой ситуации было принято решение идти в Рейкьявик. Очень интересный и трудный переход через пролив Стронсей-Ферт на западную сторону Оркнейских островов был совершен без особых приключений, однако переживаний было немало: яхта шла при постоянном тумане, довольно сильном течении — около пяти узлов — и почти штормовом ветре.
Северная Атлантика встретила яхтсменов ураганным ветром, постоянно менявшим свое направление, и до Рейкьявика дошли только через неделю.
Путь непосредственно в Гренландию начался в хорошую погоду и при попутном ветре. Однако очень быстро обнаружилось, что корпус судна перемагничен и составленная в Абердине таблица девиации тоже не годится. Команда использовала любую возможность, чтобы определиться по солнцу, и таким способом через несколько дней была получена совершенно новая таблица.
Изо дня в день по мере приближения к Гренландии снижалась температура воздуха и воды. За ночь палуба покрывалась тонким слоем льда, а тросы превращались в сосульки и хрустели в руках. Все труднее стало выдерживать вахты на палубе, особенно из-за сильной влажности— в среднем 98%. А ведь яхта шла пока к югу, чтобы большим полукругом обогнуть южную оконечность Гренландии — мыс Фарвель. Льды вокруг мыса распространились в то лето далеко на юг.
Ветер, сначала попутный, по мере приближения к Гренландии стал менять направление и в конце концов задул прямо в лоб. Лишь после мыса Фарвель в Девисовом проливе яхта снова пошла в фордевинд. В проливе неизменным спутником был туман, а позднее настоящим бичом стали айсберги. Ночью они требовали неусыпного внимания (в это время года на несколько часов в сутки наступала полная темнота), как и ледовые поля. Несмотря на пользование ледовой картой, яхта не раз натыкалась на них, к счастью, днем.
Через 15 суток после выхода из Рейкьявика яхта достигла Готхоба. Из-за густого тумана не нашли вход в фарватер и легли в дрейф. Через несколько часов вахтенный разглядел неподалеку дрейфовавшее судно. Пользуясь спокойной погодой, яхтсмены вплотную подошли к его борту. Это был «Персей-III» — советское научно-исследовательское судно из Мурманска. Польских яхтсменов угостили обедом, помогли им кое-что отремонтировать и найти вход в фарватер.
Длинный, широкий, практически без знаков фарватер проходит между группой островов Кокорне и материком, вдоль которого тянется полоса отмелей. В тумане, ограничивающем видимость до двух длин яхты, при сильном встречном ветре и сложном течении переход через него был похож на головоломную скачку. Чтобы не попасть на мель, «Фрейя» должна была держаться возле скал с наветренной стороны.
У самого порта туман отступил, и перед яхтсменами открылся лежащий на крутой скалистой вершине город, а за ним — покрытые вечным снегом горы Гренландии...
К этому времени поступили очень неблагоприятные сведения о ледовой обстановке. Обледенение, по свидетельству гренландцев, было самым обширным за последние 70 лет. Северная часть Девисова пролива и все море Баффина покрылись льдами. Путь к Баффиновой Земле оказался отрезанным. Взвесив все обстоятельства, команда решила возвращаться, причем наиболее коротким путем — мимо Оркнейских островов.
Яхта шла там, где рождались циклоны. Барометр скакал, шалел и ветер, который за несколько часов превращался в шторм, чтобы потом стихнуть до полного штиля.
Через десять дней такой «карусели» «Фрейя» обогнула мыс Фарвель. Однако и Атлантика играла с яхтой как кошка с мышкой. Последний из штормов так атаковал судно, что оно едва не опрокинулось. Постепенно погода стала улучшаться, и к Оркнейским островам «Фрейя» шла уже при попутном ветре.
Однажды яхта задела спящего кита, которого не заметил вахтенный. К счастью, разбуженный великан спокойно ушел под воду.
Весь рейс длился 84 дня, в течение которых «Фрейя» прошла 6450 миль. Экипаж с честью выдержал испытание Арктикой, показав неплохие спортивные результаты.