Сравнивая свой парусник с двухмачтовыми парусными лодками «Робинзон» («КЯ» №85) и «Дрэскомб Дэббер» («КЯ» №66), мы убедились, что наши лодки не перегружены парусами. Кроме того, площадь установленных нами парусов находится в пределах, рекомендованных справочником «Катера, лодки и моторы в вопросах и ответах».
Нашими друзьями высказывались опасения: справимся ли мы со своими двухмачтовыми парусниками? При первом же выходе на воду все сомнения отпали благодаря превосходной конструкции подвесного паруса, в котором все управление сосредоточено на румпеле. Шкоты передних парусов проведены в корму — к месту рулевого. Кормовой парус дополнительно работает, как «воздушный руль», позволяющий легко центровать лодку. В целом можно сказать, что управление нашими двухмачтовыми «Казанками» оказалось не сложнее, чем при вооружении шлюпом.
При усилении ветра до 4—5 баллов кормовой парус можно свернуть вокруг мачты и снять с узла подвески.
Превращая «Казанки» в парусники, мы навесили на борта шверцы размером 800 X 500 ми, вырезанные из дюралевого листа толщиной 6 мм. Чтобы избежать деформации корпуса при работе шверцев, борта подкрепили дополнительными ребрами жесткости из угольников. В качестве осей вращения шверцев использованы болты М8 верхнего крепления булей к корпусу. Руль-шверт на транце лодки — штатный от кормового подвесного паруса.
Испытания лодок под парусами начались летом 1981 г. на Онежском озере. На моторах мы шли до порта Шальский, там подняли паруса и взяли курс на север, к Повенецкому заливу. Дошли до о. Речной близ Толвуи, а затем (на обратном пути), миновав порт Шальский, вышли к реке Вытегра. Здесь наши парусники мы превратили в мотолодки и возвратились в г. Кировск.
В следующем году на этих же судах путешествовали вдоль западного берега Ладожского озера от г. Петрокрепость до о. Путсари и обратно. Это увлекательное плавание прошло в основном при попутных ветрах.
За два года мы прошли около 800 км под парусами. Скорость при ветре силой 4-5 баллов составляла 7-8 км/ч на курсах бакштаг и галфвинд. Переходы за день 40-60 км не были редкостью. Углы лавировки, которые мы определяли при помощи курсоуказателя КИ-13А, составляли 50° — со штормовым стакселем, 75° — с 2,5-метровым. Лавировка оказалась возможной только при отсутствии волны и при ровном ветре: волны сбивали лодку с курса, приходилось много работать рулем; в результате терялась скорость и лавировка больше походила на дрейф. Попытки помогать веслом с подветренного борта не увенчались успехом. Поворот оверштаг выполнялся только при помощи весла. Поэтому в походах мы старались избегать курсы круче галфвинда, но во время тренировок не теряем надежды найти вариант центровки и необходимые площади шверцев, чтобы лодки в любых условиях лавировали.
При резких ветрах, которыми славятся Ладога и Онега, лодки кренились до погружения половины буля. Достаточно было потравить бизань-гика-шкот — и лодки выравнивались. Случаев зачерпывания бортом не было. Рангоут, такелаж и рулевое устройство тюменских парусов надежны. Удобны невысокие мачты; все парусное вооружение ставится и убирается за 20 мин.