Дело в том, что, с точки зрения этого ведомства, все наши РОПы (их семь, общее число судов — более десяти тысяч) ничем не отличаются от прочих предприятий бытового обслуживания населения. К примеру, банно-прачечных комбинатов или сапожных ателье. Если здесь у вас украдут белье или сапоги превратят в тапочки, то в запасе всегда остается крайняя мера — в дальнейшем вы можете обходить стороной эти объекты. У владельца лодки такого выхода, увы, нет. И обслуживающий его, точнее — живущий за его счет, бюрократ год от года наглеет все больше. Из чего я исхожу.
Сегодня наш РОП-1 твердо держит первое место по количеству краж: только за последние полтора года их официально зарегистрировано более сотни. Впрочем, потенциального вора можно понять. Уж больно велик соблазн: ограждение и освещение территории пункта практически отсутствуют, охрана чисто символическая, особенно зимой, когда один матрос-охранник приходится порой на целую тысячу лодок, к тому же хаотически разбросанных на «охраняемой» территории. У такой, с позволения сказать, охраны нет телефонной связи и даже оборудованных сторожевых постов — последние напоминают нечто вроде гигантских собачьих будок. Кстати, все это регулярно отмечает и милиция в своих, ставших уже грустно традиционными, предписаниях. Но с наших «начальников», как с гуся вода.
Хронически не хватает бонов для лодок. Многие из них находятся в таком состоянии, что недостаточно тренированные владельцы лодок зачастую просто проваливаются сквозь прогнившие доски.
А вот плату при всем том берут с нас весьма исправно: попробуйте просрочить хотя бы на полмесяца — тут же приходит грозная открытка-извещение. Причем суммы снимаются весьма немалые. В прошлом году, например, поступления от нашего РОПа составили более 140 тысяч рублей. И тем не менее у бытовиков всегда «нет средств» даже на элементарное благоустройство территории, которую свежий человек принимает за городскую свалку. Что уж говорить о том, чтобы лодочная стоянка стала не просто местом держания судов, а базой отдыха на воде.
Разгадка проста. Львиную долю платы, подчеркну — за охрану и содержание лодок, съедает бюрократическая надстройка, созданная стараниями городского управления бытового обслуживания. И доля эта из года в год возрастает, причем, особенно быстрыми темпами — в последние годы. Нынче, как известно, зарплату аппарату можно наращивать под любым мало-мальски благовидным предлогом. Одним словом, для одних—грабеж, для других — пикник.
На нашем РОПе действует общественный совет лодочников. Если до недавних пор он занимал позицию просителей, выколачивающих из вышестоящих инстанций какие-то средства (свои, как понимаете), то теперь мы стали искать радикальные пути, связанные с изменением статуса лодочной стоянки, заговорили об аренде, кооперативе, малом предприятии и т. п. Увы, путь этот весьма тернист: не так-то просто оказалось отобрать у бюрократа власть, а главное — источник безбедного существования.
Теперь пора привести одну пикантную деталь. Речь идет о РОП-1 на том самом Выдубецком озере, розовое будущее которого столь трогательно было нарисовано лет двадцать назад в сборнике «Катера и яхты» (№14, 1968 г.). Правда, через семь лет краски несколько поблекли и в «КиЯ» №52 за 1974 г. передовой опыт Киевской водно-моторной пристани освещается уже с изрядной долей скепсиса.
С тех пор для киевского маломерного флота утекло много воды. Нет уже Киевской водномоторной пристани. Теперь это буферное учреждение между всеми РОПами и городским управлением бытового обслуживания называется Киевской ремонтно-эксплуатационной базой малотоннажного флота (КРЭБ). Это и есть тот самый бюрократический орган, который успешно внедрил «банно-прачечный» стиль руководства лодочными стоянками со столь плачевными последствиями. И именно этот орган неустанно спускал и спускает на тормозах все наши просьбы-жалобы
Совсем недавно вовремя очередного приема у руководства КРЭБ представители совета лодочников услышали вдруг вопрос: «А что, собственно, такое ваш общественный совет? Он нигде не зарегистрирован и, общаясь с вами, мы делаем вам, вообще-то говоря, одолжение. Вот если бы вы представляли некоторое официально признанное общество — ассоциацию...»
Недаром говорят, что созревшие идеи носятся в воздухе! Открываю последний номер журнала и узнаю о Ленинградской ассоциации судоводителей маломерного флота. Нам бы очень хотелось через «КиЯ» связаться с ее учредителями, познакомиться с Уставом и другими документами. Кто знает, может быть и нам удастся сделать что-то в этом направлении, продвинувшись тем самым по пути к созданию всесоюзной ассоциации, которая защищала бы права всех приверженцев отдыха на воде.
В. Елисеев, зам. председателя Совета РОП-1, внештатный инспектор управления ГИМС, г. Киев.