Его построили и спустили на воду в июле 1986 года, дав при рождении имя «Лорд Нельсон». Четырехсоттонный стальной трехмачтовый парусник с прямым вооружением — детище группы конструкторов, возглавляемых известным английским корабелом Колином Мьюди. Судно строилось на класс Ллойда «100 А1». Его наибольшая длина — 55 м (корпуса — 43 м), ширина — 8,5 м, осадка — 4,1 м. Главная энергетическая установка — два дизеля мощностью по 260 л. с. Барк способен нести 18 парусов общей площадью 1000 м².
Сами по себе эти детали интересны для каждого любителя парусных судов. Но в большей степени важно то, что задумывался и строился барк как судно для совместных плаваний инвалидов и здоровых людей. Парусник стал воплощенной мечтой многих.
Идея его создания принадлежит учителю Кристоферу Раду. Говорят, Рад высок ростом, носит бороду и на вид весьма мрачен. Пусть так, хотя внешность тут ни при чем. У этого человека доброе сердце, завидный энтузиазм и воля в достижении цели. А цель он поставил поистине благородную — помочь инвалидам в восстановлении духовных и физических сил, а значит, и освободиться от тягостного сознания собственной неполноценности. Рад решил поставить на службу замыслу парус. Учитель понял, что паруснику постоянно требуется твердая рука, чтобы реализовать заложенный в его конструкцию потенциал. В этом он видел сходство судна с человеком, который постоянно ищет поддержку надежной дружеской руки. Как инструктор парусного спорта Рад неоднократно находил подтверждение собственному убеждению в том, что работа с парусами, участие в управлении швертботом или яхтой вселяет в человека уверенность в жизненных поступках и действиях, помогает избавляться даже от врожденной трусости перед стихией ветра и моря. Он уверял сомневающихся, что физические недостатки — не самая серьезная помеха для участия в морских парусных плаваниях.
Утверждения об утопичности намерений Кристофера Рада разбивались в прах об энтузиазм инвалидов, воодушевленных идеей, озарившей их трудную жизнь светом надежды. Тем временем замысел увлекал все больше и больше милосердных англичан. К 1977 году на стороне Рада оказалось множество людей, способных продвинуть дело вперед.
Впервые вместе со здоровыми яхтсменами инвалиды вышли в море на бриге «Роялист». Затем в течение трех лет для подобных круизов фрахтовалась бригантина «Сорен Ларсен». Участники первых рейсов твердо высказывали желание повторять плавания, пройти новыми, более сложными и продолжительными маршрутами. Движение, получившее название «Здоровые люди с людьми с физическими недостатками», благодаря парусам, подвижничеству и милосердной материальной поддержке обрело силу. Появилась возможность заложить барк, названный в честь увечного адмирала Нельсона, выигравшего Трафальгарскую битву. Сам пример Нельсона, искалеченного в морских баталиях, но не оставившего королевской службы, должен был привлечь на палубу парусника тех, кто стремится забыть о своих физических недостатках.
Бюро Колина Мьюди взялось за проектирование уникального судна, какого прежде не знала практика строительства современных парусников и прочих судов для морского туризма. Широкие подпалубные коридоры рассчитаны на перемещение людей в колясках. Здесь имеются лифты, заменяющие межпалубные трапы. Десять кают спроектированы для инвалидов, не способных самостоятельно перемещаться. Санитарные узлы тоже оборудованы в расчете на таких людей. И на верхней палубе нет мест, не доступных для колясок. Это сделано для того, чтобы все участники плаваний имели возможность работать со шкотами, фалами, прочими снастями, которых на паруснике с прямым вооружением предостаточно. Даже к ноку бушприта, представляющему собой удлиненную площадку с релингами, можно проехать в коляске.
Ходовая и штурманская рубки оборудованы всем необходимым для судовождения, осуществляемого при участии людей с недостатками зрения и слуха, с поражением конечностей. Электронные навигационные приборы снабжены аудиосистемами. Путевые карты помещаются на наклонный стол так, чтобы прокладку курса можно было вести сидя в коляске. И за штурвалом можно сидеть, а не только стоять. Словом, на барке предусмотрено все для создания максимума удобств.
В рейс одновременно выходит сорок человек: двадцать здоровых и двадцать инвалидов. При наборе желающих совершить плавание заполняется специальная анкета, помогающая определить парусный опыт потенциальных участников рейса, состояние их здоровья, характер инвалидности, необходимость в постоянной помощи медицинской сестры. Как правило, в период штормов весной и осенью в рейсе участвуют не более шести инвалидов на колясках. Такой подход позволяет рационально составлять вахты, включать в них людей, передвигающихся свободно Начальниками вахт назначаются чаще всего здоровые яхтсмены, которым прежде приходилось ходить на больших яхтах и судах с прямым вооружением. Безопасность плавания обеспечивается небольшой, но опытной штатной командой во главе с капитаном дальнего плавания.
На борту участники рейса обеспечиваются непромокаемыми утепленными костюмами, спасательными нагрудниками, страховочными поясами. Люди с серьезными увечьями, конечно, не поднимаются по вантам на реи и не работают на высоте. Они участвуют в постановке и уборке парусов, оставаясь на палубе: передние и промежуточные косые паруса ставятся и убираются с применением закруток, что значительно упрощает действия необычной команды.
«Лорд Нельсон» держит свой навигационный вымпел и совершает рейсы между портами Британских островов, ходит в гавани Континента в течение восьми месяцев в году (с начала марта до конца ноября). Продолжительность плаваний: четыре дня, неделя, десять или двенадцать дней. В зависимости от сезона и длительности круиза участие в нем обходится в 150—700 фунтов стерлингов с человека. Суммы в общем-то значительные даже для здоровых работающих людей, а для инвалидов тем более. В Англии, правда, существуют общества, предоставляющие малоимущим гражданам материальную помощь. Да и само создание уникального барка было бы немыслимо без финансовой поддержки общественности, учреждений и отдельных лиц. Одно его проектирование обошлось в 2,5 млн. фунтов.
На стоянке все было, как на стоянке. К стойке бара в просторном салоне люди подходили и подкатывали на колясках, заказывали пиво, сок, пепси. Высокий парень собрал вокруг себя интересующихся морскими узлами. На собственной инвалидной трости он довольно ловко вязал линем всевозможные штыки и узлы, объяснял их назначение, предлагал повторять приемы вязания, объяснял, мягко подтрунивал над стеснявшимися попробовать себя в старом матросском деле. Две юные девушки, поставившие коляски «борт к борту», разглядывали цветные проспекты с изображением парусников, которым через день предстояло пройти парадом мимо лондонских набережных, мимо «Катти Сарк», навечно «ошвартовавшейся» в сухом доке Гринвича. Эти парусники прибыли в Лондон по случаю 800-летия английской столицы и должны были после парада стартовать в гонке на Гельголанд. А возглавить юбилейный парад парусов выпала честь «Лорду Нельсону». Девушки жили предвкушением великолепного зрелища, старались запомнить названия и типы судов, чтобы на Темзе безошибочно различать их.
В салон вошел капитан. Молодой, неторопливый в словах и движениях, приветливый и обходительный. Держался он как равный среди равных, шуткой отвечал на шутку, многих называл по имени, словно с каждым прошел вместе не одну сотню миль. Да так, наверное, и было, — на барк люди возвращаются вновь и вновь, если позволяет здоровье и средства.
Группа польских яхтсменов со стоявшей рядом бригантины «Хенрик Рутковский» завела под гитару шанти. Пели по-английски и по-польски. Салон напоминал типичный английский паб и одновременно уютную кают-компанию современного яхт-клуба. Атмосфера дружеского общения согревала всех, кто находился здесь.
Чуть выше по течению у набережной стояли яхты «Самюэль Вайтбред» и «Скот Бадер Коммонвелф», в экипажах которых тоже находились вместе со здоровыми яхтсменами и инвалиды. Когда-то эти яхты участвовали в океанских гонках а теперь вот заняты в «неторопливых» круизах милосердия, подобно «Лорду Нельсону». На яхтах, естественно, не встретишь людей в колясках, да и особых удобств на них нет. Сюда приходят те, кто, несмотря на инвалидность, стремятся адаптироваться к яхтенным условиям и не склонны ни в чем уступать здоровым.
Уверен, что о подобных плаваниях и у нас мечтают тысячи людей. Но пока, увы, только мечтают.